Вечер плавится, растекаясь по стенам старого дома над рекой. В приоткрытые окна втекает тишина, и в этой тишине живёт один-единственный звук — ровное, почти убаюкивающее дыхание воды. Это не грохот водопада и не ярость шторма. Это вечное движение, смягчённое расстоянием, превращённое в белый шум, на фоне которого проступают настоящие звуки жизни: скрип паркета под ногами, тихое шипение остывающ...
