Настоящий страх рождается не из громкого крика в темноте. Он прорастает из тишины. Он начинается с героя, который входит в чужой город не как спаситель и не как загадочный изгнанник, а почти незаметно — будто просто свернул не на ту улицу и решил остаться. Его легенда продумана до мелочей, до последней складки на одежде. Никаких резких жестов, никаких отчаянных попыток «сразу всё решить». Ему н...
